“Профессия актера опасна для жизни”

Первый мой вопрос актрисе театра им.Моссовета Ирине КЛИМОВОЙ напрашивался сам собой: почему в знаменитом телесериале “Петербургские тайны” ей, внешне очень привлекательной, досталась роль невзрачной Долли – богатой наследницы, которую берут замуж исключительно из-за папенькиных денег?
Актриса только плечами пожимает:

— Ну, не знаю, вот такой меня Пчёлкин (один из режиссёров сериала – Л.Р.) увидел. Я вначале усиленно думала об этом, пыталась, как бы это сказать “придурниться”, а потом мы все дружно об этой проблеме забыли. По сценарию развитие характера Долли пошло по линии углубления, и психологизм вытеснил остальные моменты

— Как вам работалось на съемках “Петербургских тайн”?

— Прекрасно. Мне очень импонировал театральный подход: мы проигрывали сцены целиком, от начала до конца. B кино иначе. Там вначале могут снять, cкажем, расставание героев поле долгого романа, a потом cцену их знакомства.

— Кстати, o романах. B “Зимней вишне” вы сыграли молоденькую пассию главного героя, потерявшего единственную свою любовь. Вам понятна эта пустенькая девчушка, которую, не обижайтесь, в искусственно растянутой телеверсии “Зимней вишни” еще и сделали чуть ли не бизнес-вумен?

— Да нет, я не обижаюсь, более того, согласна, что сериал слабее фильма. Хотя, насколько я знаю, зрители смотрят его c удовольствием. Что же касается девушки по прозвищу Слоник (это имя просто ко мне прилепилось на какое-то время), то она мне и не совсем понятна, и абсолютно не близка.

— A что из ваших работ вам близко?

— Любимая моя роль в нашем театре — в спектакле “Куколка” Теннесси Уильямса. B ней присутствует самое для меня ценное — трансформация образа. И сочетание трагедийного и комедийного.

— Ирина, традиционный вопрос: вы c детства мечтали стать актрисой?

— Во всяком случае в старших классах, учась в физико-математической школе, серьезно об этом думала, но никому не признавалась. И лишь после одного спектакля (я занималась в самодеятельной театральной студии), когда на сцене плакала настоящими слезами, поняла, что это мое. Поступала в Щукинское училище одновременно со сдачей школьных экзаменов. Носилась туда-сюда, как угорелая, и даже не заметила, как прошла по конкурсу. Если 6 задумалась, какой огромный конкурс, то наверняка испугалась 6ы, закомплексовала. A так тюх — и проскочила! Помню, на вступительных экзаменах читала звонким, как в “Пионерской зорьке”, голосом чеховских “Мальчиков”. Долго еще моей визитной карточкой в институте была фраза оттуда: “Володя приехал!”

— Никогда не жалеете, что выбрали именно этот путь?

— Нет. Хотя на несколько лет уходила из театра, уходила “в семью”. Вернувшись, поняла, что наша профессия мстит за пусть временное пренебрежение ею. Сложно потом вписаться, много возможностей оказывается упущено. И вообще, как сказал как-то Марк Захаров, профессия актера опасна для жизни. Не из-за рискованных ситуаций, как, например, y летчика. Но из-за того, что любой твой сбой на виду, что нервы обнажены. Актеры люди очень мнительные, очень уязвимые. Оттого так много y них депрессий, нервных срывов. Причем порой люди фантастического таланта оказываются невостребованными, a очень средние актеры нарасхват.

— “Средние” вообще больше приспособлены для жизни… Ирина, a что в ваших творческих планах?

— Мечтаю o постановке, в которой буду играть драматическую роль и петь. Там только два героя — Он и Она. И еще музыка. Сложно пока сказать, что получится. Любой проект требует средств. Но я в одном убеждена: надо работать над собственными проектами, обретать независимость (при том, что актер изначально зависим). Чем активнее действуешь, чем шире твой диапазон, тем лучше. И в родном театре больше уважают тех, кто еще где-то задействован.

— При вашей загруженности вы успеваете заниматься хозяйством?

— Честно говоря, особенно хозяйством заниматься не приходится. Вот разве что три кошки требуют ухода.

— Три? Вы как Брижит Бардо!

— Это случайно получилось. Первую мне подарил муж в бытность нашего брака, потом появилась вторая — Катька, и она родила котенка. Ну куда их деть? Родные уже существа: приходишь — они мурлыкают. Заждались.

Лариса РОВНЯНСКАЯ
Материал предоставлен Ириной Климовой